Был ли в действительности ротмистр Витольд Пилецкий врагом Советского Союза, как утверждает коммунист Степанов?
Родился 13 мая 1901 (30 апреля – по старому стилю) в городе Олонец, происходил из старинной польской шляхетской семьи имевшей герб Лелива. Его предки жили в окрестностях Новогрудка (сейчас Республика Беларусь). Дед Пилецкого участвовал в национальном восстании 1863-1864 гг., за что его семья подверглась преследованию царскими властями. Часть его имений была конфискована. Пилецкие были вынуждены уехать вглубь России и искать работу в административных учреждениях империи. Отец Витольда, Юлиан Пилецкий закончил Лесной институт в Санкт-Петербурге и впоследствии переехал работать в город Олонец губернии, где женился на Людвике Осецимской, родившейся в Петрозаводске. Семья Пилецких имела пятерых детей: Марию, Иосифа, который умер в возрасте 5 лет, Витольда, Ванду и Ежи.
Юлиан Пилецкий работал в Лесоохранительном комитете в Олонце (Губернское управление государственных имуществ) в должности старшего ревизора. Известно также, что жена Ю. Пилецкого Людвика в 1910 г. вместе с детьми покинула Олонец и поселилась в Вильно (сегодня Литва).
Юлиан Пилецкий остался один и продолжал свою работу. В 1918 г. Он был арестован большевиками и почти два года находился в одном из большевистских концлагерей. Вернулся Ю.Пилецкий на Родину уже совершенно нервно истощенным.
С 1915 г. – вследствие немецкого наступления – Витольд с матерью, братьями и сестрами перебрались из Вильно в Орел, где и прожили несколько лет. Будучи воспитан матерью в патриотическом духе, Витольд с детских лет принадлежал к тайной польской харцерской (т.е., скаутской) организации, мечтавшей об освобождении Польши из-под царской власти. В 1918 г. он перешел линию русского-германско фронта и, 17-летним юношей, в составе 1-й роты харцеров защищал Вильно от немецких войск, затем вступил в возрождавшееся Войско Польское, чтобы несколько позже – во время советского наступления на Варшаву – участвовать в обороне Гродно, варшавской битве и освобождении Вильно. За героизм во время этой войны, юноша дважды получил польский Крест храбрых – за мужество и отвагу, проявленные в бою.
Вскоре он уволился из армии и в 1922 г. поступил на сельскохозяйственный факультет Познанского университета. В 1920-х гг. семья Пилецких приобрела в собственность имение Сукурчи вблизи Лиды (совр. Белоруссия).
Пилецкий вновь призван в ряды Войска Польского в августе 1939 года. В сентябре он участвовал в составе различных польских соединений в боях с германским агрессором и даже после занятия всей территории страны вражескими войсками, продолжал борьбу – на сей раз уже командуя собственным отрядом, которому он и отдал приказ разойтись только 17 октября 1939 г. Сам же Пилецкий пробрался в Варшаву, где жил в конспирации.
В 1940 г. он предлагает своему командованию план проникновения в немецкий концлагерь Аушвиц (Освенцим) – с целью сбора внутри лагеря разведывательной информации и организации группы сопротивления. Получив разрешение на это, намеренно дает Гестапо арестовать себя – 19 сентября 1940 года, на улице столицы незаметно присоединяясь к группе арестованных немцами горожан.
В концлагерь его привезли в ночь с 21 на 22 сентября 1940 года. Вскоре он, заключенный №4859, создал там конспиративную организацию («Союз военных организаций») и начал тайно снабжать товарищей на воле первыми сведениями о геноциде евреев и убийствах советских военнопленных. Его послания известны теперь как «рапорты Пилецкого».
В них ротмистр писал о советских пленных: «Только в августе (1941 г.) эта новая война отозвалась и у нас, и – как и все остальное – эхом танца мертвых (в оригинале – «макабрический», для русского словоупотребления более характерен перевод: «ужасный», но мы решили дать дословный перевод, полагая его более уместным здесь – прим. авт.). Сюда привезли первых большевистских пленных, пока только офицеров, и – собрав их всех, числом более 70, в одной зале 13-го блока – поместили в такие условия, что им так тесно, что приходится стоять, не имея возможности присесть. Все щели в стенах залы старательно законопатили (камер тогда здесь еще не было). Вечером того же дня явилась группа немецких военных во главе с офицерами. Немецкая комиссия вошла в залу и, надев противогазовые маски, разбросала вокруг несколько банок с газом, наблюдая за его действием. Друзья санитары, которым с утра пришлось убирать трупы, говорили, что выглядело это ужасающе – даже для них. Люди стояли так кучно, что даже умирая не могли упасть и – подпирая друг друга плечами, сплели руки так, что тела их было трудно разделить. Судя по мундирам, в которые были одеты погибшие от газа, это вероятно были одни только офицеры из разных соединений. Это был у нас здесь первый опыт применения газа» («прусской кислоты», в России известной как синильная –прим.авт.).
O советских пленных Пилецкий также писал, что их убивали зверски, газом, тысячами, а затем тела их сжигали. Тех же, кому на время оставляли жизнь – как писал ротмистр, - добивали «непосильным трудом, побоями, голодом и холодом. Время от времени их в одном белье часами держали перед блоками на морозе – чаще всего вечером или утром. Немцы при этом шутили, что люди из Сибири не должны бояться мороза. Мы слышали вой замерзавших на смерть людей». Согласно рапортам Пилецкого, так было убито 11 400 советских пленных.
Благодаря рапортам Пилецкого, которые потом передавали на Запад и в США, многие руководители народов и государств впервые услышали о невообразимом озверении гитлеровцев.
Еще будучи в лагерном заключении в ноябре 1941 года, Пилецкий за свою конспиративную деятельность был произведен в поручики. В ночь с 26 на 27 апреля 1943 года он, вместе с двумя соузниками – как если бы шли съемки детективного фильма – смог бежать из лагеря, где «добровольно» находился почти три года, работая столяром – а ремесленники немцам были очень нужны и в лагере, поэтому им «продлевали» жизнь.
После побега из лагеря, Пилецкий был принят в нелегальную Армию Крайову. 11 ноября 1943 года он был произведен в ротмистры, затем – в августе-сентябре 1944 года – участвовал в боях во время Варшавского восстания и, после его подавления, в 1944-1945 гг. находился в германском плену в шталаге №344 Ламсдорф.
Освободившись из немецкого лагеря, ротмистр вступил во 2-й Польский корпус, действовавший на территории Италии. В октябре 1945 г., по приказу генерала Владислава Андерса, вернулся в Польшу, чтобы на Родине вести собирать информацию, сообщая о происшествиях и ситуации в стране, об арестованных солдатах Армии Крайовой, бойцах 2-го корпуса, попавших в застенки НКВД и депортированных вглубь СССР, и там помещенных в разные лагеря.
8 мая 1947 г. ротмистр был арестован властями коммунистической Польши. Во время ареста агенты Службы безопасности пытали его и обвинили в шпионаже в пользу польского правительства в эмиграции.
15 марта 1948 г. ротмистру был вынесен смертный приговор. Исполнение его наступило 25 мая в Варшаве – Пилецкий был лишен жизни выстрелом в голову.
В 1978 г. увидела свет книга британского историка, профессора Майкла Фута «Семь лиц храбрости». В ней Пилецкий был включен в число шести самых мужественных участников движения Сопротивления времен II мировой войны.
Мы видим, что в биографии В.Пилецкого невозможно найти ничего, что могло бы оправдать употребление выражения «враг СССР» по отношению к нему. Поэтому коммунист А.Степанов для своих инсинуаций оживляет старые антипатии и большевистские интриги, хочет делить народы, стремится помешать тому, что свидетельствовало бы о совместной борьбе с немецкими оккупантами, бездоказательно обвиняя Пилецкого в том, о чем тот даже и не помышлял. Юлиан Пилецкий, отец ротмистра, долгие годы трудился для общего блага в Олонце, где был лесничим, заботился о российском лесе, как и многие поляки царского времени. Сам Витольд воспитывался в русской среде, среди русских у него было немало друзей и его мать даже опасалась, что он совершенно обрусеет (для этого у нее были основания: слышавшие сохранившиеся записи обращения Пилецкого сразу узнают в его польской речи русский акцент, пусть и легкий – прим.авт.) – потому она и приняла решение выехать из Олонца в какую-либо местность с польским населением. Витольд ценил и уважал русский народ, он только противился деспотии любого рода, пытавшейся поработить его Родину – противился, как и многие миллионы поляков его времени.
Кроме того, В.Пилецкий был очень верующим человеком – и остался таким до конца своих дней. Он всегда старался иметь при себе и читать написанную в XVI веке, но популярную до нашего времени книгу Фомы Кемпийского «О подражании Христу» - однажды он сказал, что благодаря ей обретал силы во многих жизненных трудностях. Ведь верующий человек не может ненавидеть другого человека. В.Пилецкий был настоящим мучеником своей насыщенной драматизмом эпохи.
Ярослав Вишневский, Санкт-Петербург
ТАКОЕ ВОТ КИНО
Общежитие фирм
Выгодная «мировая»
Артем СЕМЕНОВ
Если вы нашли ошибку, то кликните сюда
10 9 8 7 6 5 4 3 2 1
