Бенгальская землячка

Никого из нас уже не удивляет, что наши земляки ездят за границу, многие – отдыхать, кто-то работать, а некоторые живут за пределами своей родины постоянно. Самая ближняя страна в этом плане для олончан – Финляндия. Однако уроженцы нашего города живут и в Америке, и в Италии, и во Франции, и в Португалии, и в Бангладеш. Да-да, в этой маленькой азиатской республике. Олончанка Наталья Скорикова училась в Ленинградском медицинском институте, там познакомилась со своим будущим мужем-бенгальцем. Немного они жили в Ленинграде, а потом уехали на родину мужа – в Бангладеш, с тех пор там живут и работают. Наташа, хотя и неблизкий путь, приезжает домой, в Олонец. Несколько лет назад «Олония» писала о том, как  наша землячка осваивалась жить в этой стране (статья так и называлась – «Из Олонца – в Бангладеш»), но, встретившись с Натальей в это лето, в очередной визит на родину, мы снова с ней поговорили – интересно же узнать, что изменилось, а что – нет. Несмотря на то, что Наталья в Бангладеш уже 15 лет, никакого акцента в русском языке у нее не чувствуется. С 2006 года живет с семьей в столице республики – городе Дакка (купили квартиру). Дети выросли: старший сын - инженер-компьютерщик, закончил колледж, учится на первом курсе в университете, младший - школьник.

Медицина по-бенгальски

- Наташа, Вы работаете…

- Так же, педиатром-консультантом. Я и муж – педиатры, только работаем в разных частных клиниках.

- Это как у нас участковый педиатр?

- Мы ведем просто прием. Люди к нам приходят, а мы по домам - нет. Так принято, что пациент сам приходит к доктору, даже если критический случай. Но если критическая ситуация, то врач сразу госпитализирует больного. А так осматриваем, назначаем обследования, лечение.

- И сколько пациентов принимаете в день? Существует ли какая-то норма?

- Нет, это зависит от врача – сколько он пожелает.

- А есть прикрепленные к конкретному доктору улицы, кварталы?

- Нет, к какому доктору пациент хочет – к тому и идет, можно начать лечение у одного, а продолжить у другого. Были случаи, что пациенты от мужа приходили ко мне и наоборот.

- Нескромный вопрос: из чего складывается ваша зарплата?

- Прием стоит определенную сумму. Сколько человек приняла – это и есть моя зарплата.

- И дорого стоит прием?

- Первичный – 400 рублей (на русские деньги).

- Приемлема ли эта сумма для большинства бенгальцев?

- Да. Но если я вижу, что родители не в состоянии заплатить, то посмотрю ребенка за меньшую сумму или вообще бесплатно. Я ведь воспитана в советской системе: если могу помочь - помогу все равно.

- Как же определяете: кто может заплатить, кто – нет?

- Они очень любят про себя рассказывать – видно, какой достаток. Или человек долго сидит и спрашивает, сколько стоит прием.

- Есть ли какой-то оклад или только то, что заработали на приеме?

- Никакой государственной поддержки у меня нет, только то, что заработала. Там система такая: каждый доктор решает сам, сколько ему работать, сам себя нагружает, может работать даже в разных клиниках.

Расчет – на себя

- Пенсия, как у нас, есть в Бангладеш?

- Да, и пенсия выдается вся сразу, хочешь – дом купи, хочешь – на книжку положи, хочешь – спусти все деньги сразу. Но нам с мужем там пенсии не будет, мы же не на государственной работе. Наши пенсионные сбережения – только то, что заработаем.

- А если вернетесь в Россию?

- Российский стаж у меня очень маленький. Думаю, что мои сыновья вырастут достойными людьми и будут опорой в жизни. У бенгальцев девочки очень привязаны к папе, а мальчики маму  на руках до самой смерти носят. Вот моя подруга и шутит: «Ну, тебе-то что беспокоиться! Это у меня дочка, а у тебя два сына – будут вокруг тебя крутиться, ты только пальцами щелкни!».

Инфекции, рахит…

- С какими заболеваниями чаще встречаетесь?

- С разными абсолютно. Население республики очень большое – 140 миллионов, и то это, наверно, приблизительное количество. Вирусные заболевания – везде. Рахита много.

- Рахита? Ведь там же солнце, фрукты…

- Фрукты сезонные. Сейчас, например, в летний сезон, выгорает все, к тому же в жару и кушать не хочется. Бывает, что в сезон дождей все затопит. Конечно, кто может себе позволить по финансам, то купить можно все, так же, как и здесь, привозят, но население в основном бедное.

- Во время прошлой нашей встречи Вы говорили, что в Бангладеш сильные антибиотики, которые быстро снимают симптомы заболевания. А дальше?

- А дальше лечатся на сколько у кого хватает денег и терпения. Развиты гомеопатия и знахарство.

- Думаю, что за 15 лет Вы как доктор завоевали авторитет. Благодарят ли Вас пациенты, кроме непосредственной оплаты за прием?

- Бывает. Кто-то хочет оплатить сверх того, что уже оплатил. Есть и такое: моего мужа, например, сделали названным братом, его приглашают к себе, кормят разными вкусностями, а потом уже обращаются к нему как будто к родственнику. У меня был случай. Маленькая девочка страдала аллергическим бронхитом, очень мучилась. Когда у нее были приступы, она даже говорила маме, что лучше умереть, чем так мучиться. Они пришли ко мне, я вылечила. Приходят снова. Девочка сняла свои сережки (они совершенно простые, но для нее, видимо, самая ценная вещь) и протягивает их мне: «Доктор, Вы мне так помогли! Примите подарок». Это же дорогого стоит! Ребенок захотел подарить самое красивое, что у него было.

Сари – это красиво

- Нынешнее лето нас, жителей Карелии, не балует теплом и солнцем. А Вы там часто загораете?

- Страна мусульманская – не принято открывать тело.

- Ходите в сари?

- Мне очень нравится сари, по праздникам надеваю обязательно. А так в городе сейчас многие, особенно молодое поколение, стараются одеваться с приближением к европейскому стилю или носят сальвар камиз (сальвар – свободные и довольно широкие штаны, камиз – длинная туника с боковыми разрезами – прим. ред.).

- На работе доктор надевает специальную, так сказать, медицинскую одежду?

- Нет, это не принято. В экипировке ходит младший и средний медицинский персонал, доктор – очень редко.

Говорим по-русски…

- За это время Вы, наверно, досконально изучили бенгальский язык?

- Ой, нет, вряд ли. Язык очень сложный, корнями уходит в санскрит. Мы ведь дома разговариваем по-русски, но если младший сын что-то не понял, только тогда говорим по-бенгальски. Иногда я говорю по-английски, но он мой английский не уважает (смеется – Н.Ю.).

- А сам говорит по-английски хорошо?

- Он учится в английской школе. Старший знает немецкий, японский языки.

…и лепим пельмени

- А как насчет русской еды? Что-то русское готовите?

- Конечно. Пельмени любим лепить.

- Сами?

- Сами. Купить можно, но начинка не нравится, а тут своими руками делаем. И мальчики тоже. Мы русскую еду любим. Старший сын ест все, кроме ухи, хотя рыбу любит в любом виде – жареную, копченую, соленую (особенно селедку). А младший почему-то перестал есть бенгальскую рыбу и не ест грибы. Даже когда я привожу из Олонца сухие, он от запаха морщится. Зато обожает креветки, блинчики, шарлотку – этот пирог он сам печет. Однажды я болела, он говорит: «Мама, ты только скажи, как правильно – что в какой последовательности, я сам испеку».

В курсе событий

- За событиями в России следите через Интернет?

- Есть и русские телеканалы.

- Вы владеете информацией: много ли русских работает в Бангладеш?

- Достаточно много. Сейчас как бы «текстильная» тенденция: многие едут туда работать и создают швейные фабрики для местного населения – руководят процессом и дизайном одежды (хлопок свой, хороший). Русских врачей в Дакке пятеро – терапевт, гинеколог, нефролог, педиатры.

- Как они туда попали?

- Вышли замуж и приехали на родину мужа.

- Вы общаетесь как-то между собой?

- У нас есть русский культурный центр, там библиотекарь – активная девушка, всех собирает, передает информацию. Если надо кого-то найти, у нее имеются все контакты.

- Как часто собираетесь в этом центре?

- По праздникам или просто по желанию – на чай. Раньше приходили раз в неделю, теперь реже.

- Есть ли желание вернуться в Россию?

- Желание есть. Но что я буду здесь делать? Или мой муж? Нам надо снова подтверждать свои дипломы. Кто нас будет в это время кормить? Да и с учебой детей могут возникнуть проблемы.

Домой, к маме!

- Как часто вам удается приезжать в Олонец?

- Стараемся хотя бы раз в 2 – 3 года. Сейчас, к счастью, есть Интернет, проблем с общением нет, но живое общение, личные встречи, конечно, трудно чем-то заменить.

- Ощущаете ли акклиматизацию, приезжая в Олонец?

- Я не успеваю. Единственное: мне здесь все время холодно. Все-таки когда уезжали, там было 42 – 44 градуса, а приехали сюда – дождь, ветер и 16 – 18 градусов. Там ветра вообще нет, ни листочка не шелохнется.

- Кроме как на родину, ездите куда-нибудь?

- Пока нет. Каждый раз хотим, но потом – нет, лучше домой. Хотя за ту цену, за которую мы летим сюда, могли бы посетить любую другую страну. Но будем ездить к маме.

Беседовала Наталья ЮДИНА